ПЕРЕПУТАЛ
Василия Двойкина призвали в Советскую Армию. Получив повестку, он, как все нормальные люди, решил обмыть это «эпохальное» событие в кругу семьи, друзей и соседей. Впрочем, если бы Васька вдруг захотел уйти в армию трезвым, ему бы это не позволили. Традиция жёстко требовала: застолье, веселье, поутру - похмелье.
Двойкин, как это часто бывает, не рассчитал своих сил и... надрался в дым.
Каким образом он очутился на веранде соседского дома, Васька, видимо, до конца дней своих не вспомнит и не поймёт.
Случилось так, сосед проснулся среди ночи от холода. Оказалось, что одеяла на нём нет. Нашёл, натянул на себя, прижался тесней к жене, и стал привычно нащупывать её объёмистую грудь. Но! Грудь не прощупывалась!
Он вскочил с кровати, включил свет, и увидел просто кошмарную сцену: некто лежал, прижавшись к широкой спине его Нюрки, держался за её грудь, да ещё и ногу на жену закинул!
Зайдя со стороны, оскорблённый муж вгляделся в мурло чужака и сразу узнал в нём рекрута Двойкина. Тут же вспомнилось, как тот ещё за столом обнимался с его Нюркой и лез к ней целоваться. Мозги рогоносца захлестнула горячая волна гнева. План мщения возник мгновенно.
Он выключил свет. Пошёл на кухню, поставил на газ бак с водой, нагрел до кипения и, вернувшись на веранду, разом вылил его содержимое на сладкую парочку.
Я не буду описывать то, что потом произошло (это жестоко), у многих богатое воображение и, думаю, всю последующую картину нетрудно себе представить.
Главное - в родную армию Васька не попал. Очнулся в реанимации. Весь в трубках и бинтах. Недоумевающе взглянул в белый потолок и... тихо отошёл.
В ином мире он сразу оказался посреди вспаханного поля. Кругом до самого горизонта сплошная пашня. Куда идти - не понятно.
Вдруг смотрит: земля разверзлась, и открылся ход. Стал спускаться, а про себя подумал: «Значит в ад меня...»
Сошёл вниз, попал в длинный коридор. Двинулся по нему, удивляясь непонятно откуда идущему свету. Лампочек нигде не видно, а свет везде... Справа приметил новый вход, там в небольшой комнатёнке на топчане, скрестив руки на груди, лежал... покойник. Пошёл дальше, снова боковой вход и новый покойник. Ни одной живой души - одни усопшие!
Но тут глядь: стоит какая-то старушенция вся в чёрном, шагнул к ней, только рот открыл, чтобы спросить что здесь и как? А она пальцем вправо указала и говорит:
- Вон твоё место.
Безропотно вошёл в свой склеп, сел на топчан, огляделся: «Ну что ж, помер, значит помер». Лёг, как все, скрестил руки на груди и закрыл глаза.
Лежал, лежал - надоело! Открыл глаза. Ещё раз огляделся. «Откуда же, всё-таки, идёт свет? - шевельнулось в мозгу, - и тепло... вот только дверей плохо нет, а так жить можно». От последней мысли ему стало весело и он улыбнулся.
Неожиданно вошла старушня.
- Вставай! - приказала она. - Ты не своё место занял!
- К-как это не своё?! - возмутился Васька. - Я же помер!
- Вставай и не спорь! Это место твоего двоюродного брата Петра.
- А я куда?! - растерялся Двойкин.
- Назад. На Землю. Твоё время ещё не пришло.
После этих её слов он словно провалился куда-то и очнулся опять в палате в бинтах и трубках. Обожжённое тело люто горело, во рту было сухо и противно. «А там лучше», - поймал себя на мысли Васька.
В палату осторожно вошла мать. Белый халат сползал с её плеч, и она его нервно поддёргивала.
- Мам, что с Петькой? - с трудом разлепив губы, спросил сын.
- Тебе уже сказали?! - разом выдохнула она.
- Так что с ним?
- Помер... нынче утром.
«Значит, я действительно его место занял. Выходит, тот свет мне не привиделся, я там действительно был,.. - со смешанным чувством подумал Васька. - Вон как оказывается всё непросто. Получается, Бог тоже есть... Невероятно... Расскажи кому - не поверят! Как же теперь жить дальше?»
* * *
Уже после того, как рассказ был опубликован, я встретился с младшим братом Васьки - Володькой. Пересказал ему всё, что описано выше, и спросил: "Есть там какие-то неточности или я, может быть, что-то пропустил?" "Есть один пропуск и одна неточность", - ответил он. "Ну-ка, уточни...", - сгорая от нетерпения попросил я. "Во-первых, уже ошпаренного... отец "оттянул" вожжами , а во-вторых, это был не Васька" "А кто!?" "Дай три рубля, опохмелиться надо, тогда скажу" Дал. Володька сунул "трёшку" в карман и быстро пошёл прочь. "Э-э... ты же обещал!" - крикнул я вслед. Он на мгновение обернулся и коротко бросил: "Это был я!"
| 
