ПЕРЕПУТАЛ

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Василия Двойкина призвали в Советскую Армию. Получив повестку, он, как все нормальные люди, решил обмыть это «эпохальное» событие в кругу семьи, друзей и соседей. Впрочем, если бы Васька вдруг захотел уйти в армию трезвым, ему бы это не позволили. Традиция жёстко требовала: застолье, веселье, поутру — похмелье.

                   Двойкин, как это часто бывает, не рассчитал своих сил и… надрался в дым.

                   Каким образом он очутился на веранде соседского дома, Васька, видимо, до конца дней своих не вспомнит и не поймёт.

                   Случилось так, сосед проснулся среди ночи от холода. Оказалось, что одеяла на нём нет. Нашёл, натянул на себя, прижался тесней к жене и стал привычно нащупывать её объёмистую грудь. Но! Грудь не прощупывалась!

                   Он вскочил с кровати, включил свет и увидел просто кошмарную сцену: некто лежал, прижавшись к  широкой спине его Нюрки, держался за её грудь, да ещё и ногу на жену закинул!

                   Зайдя со стороны, оскорблённый муж вгляделся в мурло чужака и сразу узнал в нём рекрута Двойкина. Тут же вспомнилось, как тот ещё за столом обнимался с его Нюркой и лез к ней целоваться. Мозги рогоносца захлестнула горячая волна гнева. План мщения возник мгновенно.

                   Он выключил свет. Пошёл на кухню, поставил на газ бак с водой, нагрел до кипения и, вернувшись на веранду, разом вылил его содержимое на сладкую парочку.

                   Я не буду описывать то, что потом произошло (это жестоко), у многих богатое воображение и, думаю, всю последующую картину нетрудно себе представить.

                   Главное — в  родную армию Васька не попал. Очнулся в реанимации. Весь в трубках и бинтах. Недоумевающе  взглянул в белый потолок и… тихо отошёл.

                   В ином мире он сразу оказался посреди вспаханного поля. Кругом до самого горизонта сплошная пашня. Куда идти — не понятно.

                   Вдруг смотрит: земля разверзлась, и открылся ход. Стал спускаться, а про себя подумал: «Значит в ад меня…»

                   Сошёл вниз, попал в длинный коридор. Двинулся по нему, удивляясь непонятно откуда идущему свету. Лампочек нигде не видно, а свет везде… Справа приметил новый вход, там в небольшой комнатёнке на топчане, скрестив руки на груди, лежал…  покойник. Пошёл дальше, снова боковой вход и новый покойник. Ни одной живой души — одни усопшие!

                   Но тут глядь: стоит какая-то старушенция вся в чёрном, шагнул к ней, только рот открыл, чтобы спросить что здесь и как? А она пальцем вправо указала и говорит:

                   — Вон твоё место.

                   Безропотно вошёл в свой склеп, сел на топчан, огляделся: «Ну что ж, помер, значит помер». Лёг, как все, скрестил руки на груди и закрыл глаза.

                   Лежал, лежал — надоело! Открыл глаза. Ещё раз огляделся. «Откуда же, всё-таки, идёт свет? — шевельнулось в мозгу, — и тепло… вот только дверей плохо нет, а так жить можно». От последней мысли ему стало весело и он улыбнулся.

                   Неожиданно вошла старушня.

                   — Вставай! — приказала она. — Ты не своё место занял!

                    — К-как это не своё?! — возмутился Васька. — Я же помер!

                    — Вставай и не спорь! Это место твоего двоюродного брата Петра.

                    — А я куда?! — растерялся Двойкин.

                    — Назад. На Землю. Твоё время ещё не пришло.

                    После этих её слов он словно провалился куда-то и очнулся опять в палате в бинтах и трубках. Обожжённое тело люто горело, во рту было сухо и противно. «А там лучше», — поймал себя на мысли Васька.

                    В палату осторожно вошла мать. Белый халат сползал с её плеч, и она его нервно поддёргивала.

                    — Мам, что с Петькой? — с трудом разлепив губы, спросил сын.

                    — Тебе уже сказали ?! — разом выдохнула она.

— Так что с ним?

                    — Помер… нынче утром.

                    «Значит, я действительно его место занял. Выходит, тот свет мне не привиделся, я там действительно был,.. — со смешанным чувством подумал Васька. — Вон как оказывается всё непросто. Получается, Бог тоже есть… Невероятно… Расскажи кому — не поверят!  Как же теперь жить дальше?»

Михаил Речкин


  •  
  •  
  •  
  •  
  •